Петербург - Петроград - Ленинград - Санкт-Петербург

Религиозно-философские собрания (далее РФС) в Санкт-Петербурге в 1901-1903 годах были встречей богоискательской русской интеллигенции и Православной Церкви. РФС воплотили перемену интересов части интеллигенции от материализма, позитивизма и атеизма к религиозно-философским вопросам. На фоне огромных успехов науки и техники к концу XIX в. наростает чувство неудовлетворенности “научным мировоззением”. Вера в прогресс не могла заменить веры в Бога. Такое достаточно массовое религиозное пробуждение русской интеллигенции появилось не на голом месте. Достаточно вспомнить П.Я.Чаадаева, Н.В.Гоголя, славянофилов, Ф.И.Тютчева, Ф.М.Достоевского и др. Н.А.Бердяев отводил здесь особую роль Л.Н.Толстому: “Всеми признается, что зачинателем религиозного брожения в России является Л.Толстой, он пробил брешь в религиозном индифферентизме русской интеллигенции, и запросы религиозного сознания поставил в центре внимания.” (Н.А.Бердяев. Политический смысл религиозного брожения в России (1903)//Н.А.Бердяев. Sub specie aeternitatis/СПб., 1907, с.137). 20 февраля 1901 г. Св.Синод отлучил Толстого от Церкви, что вызвало в печати бурное обсуждение проблемы свободы совести, права свободного выражения своих мыслей по религионым вопросам. Одним из наиболее ярких и заметных было выступление М.А.Стаховича в сентябре 1901 г. на орловском съезде миссионеров, в котором он утверждал, что без свободы совести нет искренней веры, а это наносит непоправимый урон Церкви.
В.И.Иванов отмечал ключевую роль В.С.Соловьева в самом возникновении религиозных стремлений начала ХХ в.: “Истинным образователем наших религиозных стремлений, лирником Орфеем, несущим начало зиждительного строя, был Вл.Соловьев.” (В.И.Иванов. О значении В.Соловьева в судьбах нашего религиозного сознания// Сборник первый. О Владимире Соловьеве/М., 1911, с.34). Зачинающим новый этап в развитии человеческой мысли видел Соловьева С.Н.Булгаков: “Человечество пережило многовековое господство отвлеченного клерикализма, враждебное свободной мысли и научному исследованию; мы переживаем теперь век отвлеченного рационализма, отвергнувшего сначала религию, а затем и философию во имя точного знания и свободного исследования. Но есть основания думать, что и этот период приходит к концу и уже исчерпывает свои положительные потенции. На очереди новый высший синтез, в котором испытующий дух возвращается к себе, к исконным своим запросам и, обогащенный всеми приобретениями векового развития знания и мысли,освобождается от господства того или иного отвлеченного начала, но все их гармонически соединяет. Искание этого